Песни советского человека. Песни, тексты, ноты, аккорды, табулатуры. 
				Русские, советские и зарубежные песни

Лидия Иванова. ПЕСНИ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Советский плакат «От народной мести не уйти врагу!»

На данной странице представлена пятая часть очерка «Советская песня» российского музыковеда Л. И. Ивановой, посвящённая советским песням Великой Отечественной войны

Героико-патриотические песни

Военные песни В. Соловьева-Седого

Песни фронтового быта

Следующий этап советской песенной культуры — небольшой по протяженности, но чрезвычайно напряженный и значи­тельный. Он определился временем Великой Отечественной войны. В эти годы песня — самый распространенный жанр со­ветской музыки. Военная пора во всей полноте и силе проявила ее мобильность, непосредственную близость к повседневной жизни общества. Песня становится духовным оружием фронта и тыла. Она зовет в бой, воодушевляет памятью о мирных днях и вселяет в человеческие сердца уверенность в победе. Главная тема песенного творчества этих лет — защита Родины.

Песни Великой Отечественной войны. ГЕРОИКО-ПАТРИОТИЧЕСКИЕ ПЕСНИ

Советский плакат «Родина-мать зовет!». И. Тоидзе

Один из символов Великой Отечественной войны — плакат художника И. Тоидзе «Родина-мать зовет!»

В самом начале войны жан­ровый облик героико-патриотических песен тяготеет преимуще­ственно к походно-строевым маршам и гимнам. Таковы «До свиданья, города и хаты» Блантера — Исаковского, «Песня за­щитников Москвы» Мокроусова — Суркова, «Песня смелых» Белого — Суркова и многие другие, воспевшие мужество и до­блесть советского солдата.

Крутой поворот песни навстречу военной действительности произошел уже в июньские дни 1941 года. Откликнувшись на лозунг «Песня — фронту», композиторы и поэты мобилизуют свои творческие усилия. Песни пишутся в считанные дни и да­же часы. Нередко это было так: сначала в одной или нескольких газетах печатались новые стихи, а вскоре композиторами сочи­нялась музыка. Среди созданных таким образом песен — лирико-героическая, концертного плана «Прощание» Т. Хреннико­ва — Ф. Кравченко.

Набатным призывом, поднимающим народ на смертный бой с фашистскими захватчиками, зазвучал гимн «Священная война». Его авторы — композитор А. Александров и поэт Лебедев-Кумач. От начала до конца дышит это произведение страстной силой взволнованной человеческой речи. Песня передает и глубокий драматизм события, и героический подъем народа, и его волю к победе. Все эти чувства воплощены языком хорового плаката-воззвания, восходящего к гимническим традициям ре­волюции и гражданской войны. Способ прямого сопоставления тоники и III ступени напоминает о «Варшавянке», «Вы жертвою пали», «Смело мы в бой пойдем», «По долинам и по взгорьям». Размашистые ораторские фразы отчеканены кварто-квинтовыми рамками твердых, типично «солдатских» кадансов. Вместе с тем здесь присутствуют самобытные приметы русской лирической песни — характерное движение мелодии по звукам трезвучий от нижнего квинтового устоя к верхнему, с захватом VI минорной ступени. Важнейшая особенность этого гимна содержится в его трехдольной ритмической основе. Воплотившись в маршеобразном облике, поступательная энергия трехдольности наполнила музыку мощной сосредоточенной силой.

«Священная война» по праву считается песенной эмблемой Великой Отечественной войны. Впервые исполненная Красно­знаменным ансамблем песни и пляски Советской Армии, она была подхвачена многочисленными солдатскими хорами, ан­самблями, духовыми оркестрами. Множество раз она напутство­вала бойцов, уходивших на фронт, а затем шла вместе с ними дорогами войны.

Многие из военных песен предназначались специально для различных родов войск. Нередко они были написаны непосред­ственно по заданию военного командования, а также при про­хождении композиторами и поэтами воинской службы в рядах армии и флота, во время фронтовых командировок. Морской китель с гордостью носили поэт Лебедев-Кумач, композиторы-североморцы Б. Терентьев и Е. Жарковский, служивший на черноморском флоте Б. Мокроусов. Одна из известных воинских песен — «Морская гвардия» Милютина — Лебедева-Кумача — подлинно художественное произведение, вышедшее за рамки прикладного жанра походного марша. Атмосферу флотской сре­ды военного времени воссоздает песня «Это в бой идут матро­сы» Терентьева — Н. Флерова и множество других, посвящен­ных морякам. В духе морской романтики — суровый вальс — песня «Прощайте, скалистые горы» (Жарковский — Н. Букин).

Зачастую песни шли по следам горячих событий. Их темы черпались из сообщений печати, подсказывались участниками и очевидцами боевых эпизодов. Сюжетной основой для черномор­ской баллады «Заветный камень» (1943) послужила матросская легенда. Композитор Мокроусов и поэт Жаров узнали о ней из документального очерка. В песне «Заветный камень» преломляются не только песенные традиции, но и традиции русской классической музыки. Ее ритм родствен старым морским балла­дам («Раскинулось море широко»). А круто вздымающиеся и медленно опадающие широкие мелодические волны заставляют вспомнить о картинах морской стихии в музыке Римского-Корсакова, например в «Песне варяжского гостя» из оперы «Садко».

В героико-патриотических песнях нашла выражение тема партизанской борьбы. Лучшей из них признана «Ой, туманы мои, растуманы» Захарова и Исаковского, воплотившая поэзию народного сказа.

Образ туманов олицетворяет здесь народные бедствия. Ме­лодия, изложенная в подголосочно-хоровой фактуре, дышит суровым, сосредоточенным мужеством. Смена гармоний подчер­кивает наиболее важные ударения текста. В многоголосную ткань протяжной лирико-эпической песни настойчиво проника­ет тяжелая поступь солдатского шага. Строгая диатоническая линия, прочерчивающая путь от побочных мажорных функций к минорной кульминации, завершается квартовым скачком пла­гального каданса, словно «уносящим» мелодию вдаль.

Эпический строй присущ и другой песне, посвященной пар­тизанам. Это «Шумел сурово брянский лес» С. Каца — А. Софронова, одна из популярных песен о войне.

«Песня о Днепре» М. Фрадкина — Е. Долматовского — один из самых величественных песенных образов войны, рож­денный поэтической параллелью — человек и природа. Могучая сила реки выступает олицетворением силы и гнева. В медленном маршеобразном движении мелодии явственно проступают черты протяжных украинских дум.

Патриотические темы развиваются также в песнях, посвя­щенных защите важных военных рубежей, родных городов. К лучшим из них принадлежит лирико-героический гимн «Моя Москва» Дунаевского на слова С. Аграняна и М. Лисянского. Эта песня, созданная в 1942 году, осталась самым ярким сочи­нением Дунаевского в военный период. Творчество композитора в эти годы переживает заметный кризис. Жизнерадостные, светлые краски, составляющие выразительную особенность уникального почерка Дунаевского, разумеется, не могли получить естественного выхода в это суровое и трагическое время.

Военная пора выдвинула на передний план яркое лириче­ское дарование композитора В. Соловьева-Седого.

К содержанию

Песни Великой Отечественной войны. ВОЕННЫЕ ПЕСНИ СОЛОВЬЕВА-СЕДОГО

Советский композитор Василий Соловьёв-Седой

Советский композитор Василий Павлович Соловьёв-Седой (1907—1979)

24 июня 1941 года молодой композитор принес на радио солдатский вальс «Играй мой баян» (стихи Л. Давидович). Так началась известность Василия Павловича Соловьева-Седого (1907—1979), замечательного мастера советской песни. Одним из первых воплотил он в своих песнях портрет «коллективного лирического героя».

На протяжении военных лет в песнях Соловьева-Седого гла­венствует тема фронтовой дружбы. Первая из них — «Вечер на рейде» (стихи А. Чуркина) написана в 1941 году.

В сущности, она предвосхитила расцвет фронтовой лирики, начавшейся позже, уже в разгар войны. В один из тогда еще тихих ленинградских вечеров, работая на погрузке в порту, ком­позитор задумал песню о моряках, покидающих родной город. Слова «Прощай, любимый город» возникли у него сами собой. Взяв эти слова за основу, Чуркин написал стихи. Задумчивая, исполненная благородства мелодия носит элегический характер. Принцип ее развития основан на контрасте широких восходя­щих ходов — все они берут начало от нижнего квинтового устоя — с общим нисходящим движением (октава, септима, секста). Тем ярче высвечена интонация ноны, венчающая куль­минационный момент запева. Пунктирная фигурка, повторяю­щаяся на второй доле каждого такта, несет негромкое и одно­временно настойчивое напоминание о маршевости. С долгими, частыми остановками разворачивается «говорящая» мелодия припева. Эта особенность песенного почерка Соловьева-Седого ярко проявилась и в других лирических песнях — «О чем ты тоскуешь, товарищ моряк» (стихи Лебедева- Кумача), «Давно мы дома не были» (стихи Фатьянова) и особенно в «Соловьях». Напевная, широкого мелодического дыхания песня «Соловьи» (стихи Фатьянова) родилась уже на исходе войны. Эта неповто­римая в своем роде солдатская колыбельная запечатлела один из кратких моментов солдатского отдыха — мечты о доме, на­веянные весной и предощущением скорого окончания войны.

У истоков мелодического стиля Соловьева-Седого стоит песенная культура демократической интеллигенции и студенчества XIX века. Не менее близок ему интонационный круг песен фаб­ричной городской окраины. Сближая между собой эти призна­ки, композитор сообщает своим мелодиям свободу импровиза­ционного течения. Песни Соловьева-Седого трудно причислить к той или иной жанровой разновидности. Композитор почти не прибегает к использованию конкретных ритмоформул, связан­ных с моторикой маршевого или танцевального движения. Его мелодии скорее напоминают свободно льющуюся человеческую речь, в которой тем не менее всегда присутствует песенная пе­риодичность, достигаемая четкой симметрией мотивных по­строений.

Композитор Соловьев-Седой и поэт Фатьянов связаны тесными узами совместного творчества. Лишь в годы войны (с 1942 года) ими написаны десятки песен о фронтовом товариществе, о том, что дорого для сердец, объединенных суровыми военными буднями. Тесный круг боевых друзей, поверяющих друг другу свои заветные думы, — это и есть «коллективный лирический герой», многогранно раскрывшийся в песнях Соловьева-Седого на слова Фатьянова и ряда других поэтов, в числе которых были Исаковский, Чуркин, Гусев и А. Прокофьев. О том, что неотъ­емлемым качеством такого героя является щедрый юмор, свиде­тельствует целый ряд шуточно-лирических песен Соловьева-Седого, таких, как «На солнечной поляночке», «Как за Камой за рекой», «Ничего не говорила» и другие. Веселая шутка, кото­рой бойцы часто ободряли друг друга, помогала им пережить тяготы военных испытаний и горечь разлуки с близкими. Как здесь не вспомнить неунывающего Василия Тёркина, героя зна­менитой поэмы А. Твардовского! Не случайно шуточные песни всегда звучат как веселые бытовые сценки с бодрыми, «подзадоривающими» интонациями-репликами. В мелодиях Соловьева-Седого подобные интонации становятся свидетельством неис­тощимой ритмической изобретательности. Ярчайшим ее примером служит песня «На солнечной поляночке» (стихи Фатьяно­ва), где в запеве имитируются заливистые переборы тальянки, а в припеве словно слышится живой человеческий говор. Творче­ство Соловьева-Седого всеми своими гранями вписалось в атмо­сферу фронтового быта. В песенном наследии Великой Отече­ственной войны удельный вес лирики огромен. Потребность в ней возрастала тем больше, чем дальше вели солдата длинные дороги войны, надолго разлучившие его с отчим домом.

К содержанию

Песни Великой Отечественной войны. ПЕСНИ ФРОНТОВОГО БЫТА

Советский композитор Анотолий Новиков

Советский композитор Анатолий Григорьевич Новиков (1896—1984

Прежде всего необходимо напом­нить, что круг песен фронтового быта не исчерпывается сочине­ниями военного периода. Большое значение в песенном обиходе войны имели популярные песни довоенного времени, такие, как «Каховка», «Орленок», «Дан приказ ему на запад», «По военной дороге», «Тачанка» и др. С новой силой зазвучали воскре­шающие боевое прошлое «По долинам и по взгорьям», «Там, вдали за рекой», а также старинные народные «Есть на Волге утес», «Песня о Ермаке», «Раскинулось море широко», «Варяг». В массовом народном творчестве широко бытовал принцип объ­единения популярных напевов прошлых лет с новыми текстами, приуроченными к военной повседневности. В мощный фольк­лорный поток влились многочисленные варианты «Синего платочка» Петерсбургского. Существует несколько сотен текстовых фольклорных вариантов всеми любимой «Катюши»12. Огромной популярностью пользовалась песня «Огонек». Ее история нача­лась со стихотворения поэта Исаковского, опубликованного в газете «Правда» весной 1943 года. Многие композиторы — про­фессиональные и самодеятельные — предлагали свои варианты напева. Однако в жизни закрепился лишь один. Кто был его автором — об этом велось много споров — установить так и не удалось.

Разнообразны по содержанию и жанровым приметам много­численные песни фронтового быта. Сердечные и задумчивые, одни отозвавшиеся болью утрат, иные — окрашенные юмором, они повествуют об армейской жизни, о крепкой солдатской дружбе, мечтах и надеждах. К самым ранним из них относятся широко известные «Давай закурим» М. Табачникова и И. Френ­келя, «Два Максима» С. Каца — В. Дыховичного.

Популярными были песни, по-новому преломлявшие тради­ции русской пляски, частушки, шуточной. В этом направлении незадолго до войны начал работать Анатолий Новиков. Его мастерски написанные жанровые сценки из солдатской жизни нередко содержат оживленный диалог. Здесь и откровенный разговор двух бойцов о делах сердечных («Вася-Василек») с удалым «резюме» хора, и плакатная сатирическая шутка «Само­вары-самопалы» — написанные в 1940 году (обе на стихи Алымова), они стали украшением фронтового репертуара профес­сиональных и самодеятельных хоровых коллективов. Это и за­дорная лирическая «Смуглянка» на стихи Шведова. Одной из привлекательных особенностей в песнях Новикова служит, вы­ражаясь языком театральной терминологии, непринужденная «игра» темпоритма. Речь идет о характерных ритмических от­тяжках, связанных с эмоционально-смысловым началом поэти­ческого текста. Это замедленное скандирование слов, намеренно приторможенное движение на том или ином участке куплетной формы. Подобный момент возникает на грани песенных строф («Вася-Василек», «Смуглянка») с тем, чтобы ярче оттенить идущую вслед бойкую плясовую скороговорку. Такой штрих прекрасно выказывает темперамент и удаль песенных героев Новикова.

Заветные страницы в песенной эпопее войны принадлежат бытовой лирике. Высокую этическую нагрузку приняли на себя вечные темы любовной лирической песни, соотнесенные с жиз­ненными ситуациями грозовой военной поры. Прощания и разлуки, ожидания встреч с любимыми воедино переплели личное и общее, интимное и гражданственное. Таковы «Землянка» Листова — Суркова (ритм скромного бытового вальса, тревожно устремленное восхождение интонаций, открывающих каждую новую фразу), «Темная ночь» Богословского — В. Агатова (тангообразный напев с взволнованной речевой пульсацией). В мечтательном кружении «Случайного вальса» (Фрадкин — Долматовский) разворачивается история одной из тех коротких встреч, которой суждено оставить светлый след в душе фронтовика. Рядом с песнями окопных будней в музыкально-поэтической летописи войны встали и те, что воспели дела трудового тыла. К лучшим из них принадлежит обаятельная, излучающая светлое мажорное сияние «Песня о фонарике» Шостаковича — Светлова. Ее, несомненно, можно назвать символом оптимизма и душевной стойкости гражданского населения нашей столицы. А в каждом северном городе принято было считать, что это о нем сложена лирико-частушечная песня «Есть на Севере хороший городок» (Хренников — Гусев). Известность получила также лирическая песня Н. Будашкина на стихи Г. Акулова «За даль­нею околицей».

Советский композитор Матвей Блантер

Советский композитор Матвей Исаакович Блантер (1903—1990)

Среди авторов самых популярных песен военной поры почетное место принадлежит композитору Матвею Исааковичу Блантеру (1903 —1990). В первые дни войны он написал походный солдатский марш «До свиданья, города и хаты». Три с лишним года спустя вестником победного шествия советского воина по городам Европы стала лирико-плясовая «Под звездами балканскими» (стихи Исаковского). В середине войны широко звучит «Моя любимая» на стихи Долматовского. К высоким образцам песенной классики военных лет принадлежит блантеровский вальс «В лесу прифронтовом» на стихи Исаковского (для солиста с хором). Отголоски двух других — старинных вальсов («Осенний сон» и «Воспоминание» А. Джойса) высту­пают здесь напоминанием о мирной жизни и о далекой люби­мой. Решимостью и твердостью веет от широких восходящих интонаций мажорного припева, словно подтверждающих мысль о том, что «дорога к ней ведет через войну».

Отчетливо передают победные настроения и мечту о скорой встрече с родными краями песни периода повсеместных наступ­лений советских войск, завершения Великой Отечественной войны: «Давно мы дома не были» Соловьева-Седого — Фатья­нова, «Казаки в Берлине» Дм. и Дан. Покрассов — Ц. Солодаря.

В новогоднюю ночь 1 января 1944 года по радио впервые зазвучал Государственный Гимн Советского Союза. Его авторы — композитор А. В. Александров и поэты С. Михалков и Г. Эль-Регистан. Музыкальные корни этого торжественного, монумен­тального сочинения, словно проходя сквозь пласты времен, ве­дут к европейским революционным гимнам (прежде всего «Интернационалу») и далее к старинным российским кантам и ве­личальным песням.

Источник: Иванова Л. И. Советская песня //
Отечественная музыкальная литература 1917—1985. М., 1996.

Новости
Социальные сети
Смотрите также
Поделиться ссылкой
RSS

RSS — специальный формат, предназначенный для новостей и анонсов, который поддерживает большинство браузеров. Вы можете подписаться на rss-канал проекта «Песни советского человека», нажав на данную кнопку.